Стратегии адаптационного поведения


Существенно отличаются от них такие стратегии адаптационного поведения, которые ориентированы на конструктивное восприятие реальности и активное приспособление ко всей совокупности ее компонентов, в том числе и негативных. Ориентация респондентов на такие конструктивно-творческие формы адаптационного поведения оценивалась по таким признакам (показателям), которые указывались ими в качестве важных и непременных условий достижения жизненного успеха. Если при анализе синдромов состояние здоровья (главным образом плохое) выступало как источник негативных по своему социально-психологическому характеру проблем, то в данном случае состояние здоровья (преимущественно хорошее, нормальное) первенствует в качестве основной ценности, определяющей адаптационные установки данного индивида.

Важно, что вторым по значимости показателем в формировании и реализации активнотворческой ориентированности адаптационного поведения выступает трудолюбие, без  которого, в сущности, трудно, а порой и невозможно сформировать конструктивную адаптационную стратегию поведения личности, и социальной группы.  Несколько, неожиданным, вызывающим беспокойство оказался низкий ранг такого существенного показателя, как содействие других людей, поддержка со стороны близких и друзей. Очень низкая квантификация этого показателя, выражаемая цифрой в 18,7 %, свидетельствует, что в чрезвычайных ситуациях крупномасштабной ядерной катастрофы сверхзадача индивидуальной выживаемости становится для многих людей столь важной, а помощь со стороны ближайшего социального окружения столь проблематичной, что существующая в обычных состояниях сплоченность людей перед лицом общей опасности существенно деформируется.


Высокую степень озабоченности вызывает также низкая оценка большинством обследованных в Чернобыльской зоне лиц такого показателя жизненного успеха, как предприимчивость. Тот факт, что его в качестве фактора успешной жизнедеятельности назвали менее одной пятой (19,2 %) из общего количества респондентов, свидетельствует о широком распространении здесь психологии иждивенчества, которая действует как мощная негативная сила, резко интенсифицирующая дезадаптационные реакции у значительного количества людей, ощущающих себя жертвами ядерной катастрофы.