Посткатастрофический Чернобыльский опыт


Чернобыльский опыт убедительно показал, что возникающие в посткатастрофических условиях ошибки и неточности в восприятии риска непосредственным образом связаны с искажением или сознательным утаиванием информации о реальной степени опасности, возникшей вследствие катастрофы. Ошибочное восприятие риска или неэффективный контроль риска могут быть исправлены только объективной, оперативной и достоверной информацией о подлинных размерах катастрофы, вызываемых ею последствий и степени их опасности для людей – здоровья, благополучия, жизни. Разнообразные виды такой информации, дополняя объективно существующую картину реального риска, составляют своеобразную «переданную реальность», которая может кардинальным образом отличаться от объективной реальности в отношении той ситуации, которая была определена раньше.

Поэтому первостепенное значение приобретает адекватность информации о степени риска той объективно существующей ситуации, которая реально несет в себе угрозу жизненным интересам людей. Но, чтобы добиться такой адекватности, базирующейся на способности выявить, определить и точно охарактеризовать степень реальной угрозы, необходимо, чтобы в определение и оценку риска были вовлечены не только отдельные индивиды и их группы, но и общественные институты, прежде всего научные.


Одним из важнейших цивилизационных уроков Чернобыльской трагедии становится проблема оперативной и достоверной информации о катастрофических явлениях и процессах. Чернобыль показал весьма красноречиво, что любое ведомство, повинное в катастрофе, заинтересовано в преуменьшении ее масштабов и отрицательных последствий. Он же показал, Что любая властная структура – будь то местная власть или правительство – в случае катастрофы опасается возникновения массовой паники среди населения, а потому заинтересована в сокрытии подлинных масштабов бедствия.
Однако то, что произошло в апреле 1986 г. и последующие за ним месяцы в бывшем Советском Союзе, убеждает, что государство совершило беспрецедентную по масштабам и лицемерию акцию по блокированию информации о степени и масштабах радиоактивного загрязнения местности и опасности его последствий для здоровья и жизни людей. Контентанализ публикаций по чернобыльской проблеме в газетах Беларуси показывает, что в течение первых двух месяцев, когда необходимо было. принимать срочные меры по спасению населения, подвергшегося радиоактивному воздействию, оценка опасности в прессе замалчивалась  ли представлялась в виде процесса, который идёт на убыль, к полной ликвидации последствий катастрофы. В сообщениях говорилось о том, что выделение радиоактивных веществ уменьшилось, обстановка контролируется и нормализуется, радиоактивность уменьшилась в 1,5 – 2 раза, радиоактивная обстановка на Украине и в Беларуси улучшается.

Только в июне 1986 г. появляются более жесткие оценки, а в газете «Звязда» корреспондент по Гомельской области А. Усеня впервые получает возможность опубликовать слова «опасно и смертельно». Однако к декабрю того же года интерес к катастрофе в публикациях газет заметно снижается.Только спустя четыре года важность чернобыльской проблематики становится для республиканской прессы свершившимся – фактом. Резко меняется тональность публикаций. Оценка ситуации становится однозначной: катастрофа – самая крупная в истории человечества, угрожающая жизни белорусской нации, ее будущему и т. п. Появляются статьи с высокой степенью информативности, базирующиеся на радиологических, социологических, психологических исследованиях.